Театр на Таганке знаковая сцена с непростой историей, некогда символ творческого поиска и гражданской смелости. Но спектакль «Вий», идущий здесь 3 августа, болезненное напоминание о том, как глубоко может деградировать даже уважаемая культурная институция. Под маркой мистики, литературных параллелей и музыкального саундтрека эпохи девяностых зрителю предлагается фрагментарный, эстетически неустойчивый, а подчас и просто бессмысленный театральный эксперимент, прикрытый громкими именами.
Театральная невнятность
Сценическая адаптация «Вия» это попытка скрестить повесть Гоголя, песни Вени Д'ркина и пьесу Нины Садур, при этом потеряв суть всех трёх источников. Режиссёр (имя, к слову, в анонсе даже не указано) словно стремится к постмодернистской синтезу, но в результате достигает лишь художественного хаоса. Все три культурных пласта классика, андеграунд и постсоветская мистерия не взаимодействуют, а мешают друг другу. Ни один из них не раскрыт полноценно. Что это? Авангард? Театральная лень? Или банальное желание привлечь публику громкими тегами?
Без опоры на Гоголя
Организаторы, ссылаясь на народное предание, из которого якобы вырос «Вий», напоминают, что эксперты так и не нашли фольклорных корней произведения. Взамен зрителю предлагают принять это как данность, приправленную загадкой слуховых галлюцинаций самого Гоголя. Но если уж использовать этот мотив, стоит продумать его развитие на сцене. Вместо психологической глубины плоские декорации, нарочито готические костюмы, бессмысленное мелькание персонажей и пафосная театральщина, не имеющая к автору оригинала никакого отношения. Гоголевская ирония исчезла, остался только заштампованный псевдомрак.
Веня Д ркин случайная случайность
Добавление песен Вени Д'ркина решение, на первый взгляд интересное, но в рамках спектакля выглядит искусственно и даже паразитически. Композиции этого трагически рано ушедшего музыканта превращены в музыкальные вставки, никак не связанные с происходящим на сцене. Чувствуется, что режиссёр использует эмоциональную интонацию Д'ркина как костыль вместо того, чтобы дать актёрам выстроить внутреннюю драматургию. Как результат музыкальные паузы не усиливают напряжение, а сбивают темп. Это не органичное слияние театра и музыки, а подмена смыслов.
Литературный диссонанс
Пьеса «Панночка» Нины Садур третья основа спектакля сама по себе яркое, мрачное, но сложное произведение. Её адаптация в «Вии» выглядит вырванной из контекста. Характеры превращены в карикатуры, а философская глубина затеряна в абстрактной режиссуре. Вместо ужаса нелепость, вместо катарсиса недоумение. Зритель не может понять, кого он видит на сцене: Хому Брута? Образ Горбачёва из 90-х? Или, может, саму режиссёрскую рефлексию на тему «театра как внутреннего ада»? Ответа нет и не будет.
Торжество промокода над содержанием
Но главное, что бросается в глаза, это откровенно коммерческий подход. Скидка по промокоду, билеты по паспорту, анонсы в Telegram-каналах всё это кричит о желании продать, но никак не о желании рассказать историю. Спектакль превращён в товар с агрессивной рекламной упаковкой. И это особенно болезненно, когда речь идёт о театре, который когда-то был местом поиска смысла, а не выгоды.
«Вий» на сцене Театра на Таганке это спектакль, где маркетинг победил искусство, а крикливость содержание. Здесь не чтят классику, не исследуют современность и не развивают театр как форму. Зрителю предлагается пёстрая смесь идей, которые не сочетаются между собой, и эмоциональных манипуляций, не подкреплённых ни драматургией, ни режиссурой. Театр, в котором когда-то звучал голос Любимова, сегодня заполняет пустоту световыми эффектами, саундтреками и псевдомистикой. И это не страшно это печально.
