БРИКС, группа стран с развивающимися экономиками, часто привлекает внимание мировой общественности, будучи представленной как альтернатива западным финансовым институтам и долларовой гегемонии. Однако, как утверждает российский экономист Михаил Хазин, это объединение не имеет цели разрушить мировую долларовую систему. Вместо этого, БРИКС занимается обсуждением того, как действовать, когда мировая финансовая структура, основанная на долларе, рухнет. Данная позиция вызывает множество вопросов о реальной роли БРИКС и его возможностях в глобальной финансовой архитектуре.

В поисках новой валютной архитектуры

Хазин, в интервью радиостанции «Говорит Москва», отметил, что хотя БРИКС регулярно обсуждает различные аспекты мировой экономики, включая роль доллара, его основная цель не разрушение существующего порядка, а подготовка к возможному изменению глобальной финансовой системы в будущем. Экономист подчеркнул, что на данный момент БРИКС это скорее клуб, в котором затрагиваются вопросы выживания в условиях потенциального краха мировой долларовой системы. Важно понимать, что сама идея объединения не строится вокруг разрушения долларовой гегемонии, а вокруг поиска путей выживания в пост-долларовом мире.

Это заявление ставит под сомнение представления о БРИКС как о контркультуре, стремящейся противостоять американскому экономическому доминированию. Вместо этого, страны БРИКС скорее пытаются найти способы взаимодействовать друг с другом и внешним миром в условиях, когда глобальная финансовая система, построенная на долларах, начнёт терять свою устойчивость. Доллар, который долгое время оставался основным мировым резервным активом, может столкнуться с проблемами из-за множества факторов, включая экономические и политические кризисы, изменения в международной торговле и попытки стран уйти от зависимости от американской валюты.

Трамп и БРИКС: что общего?

Интересно, что Хазин также отметил, что действия президента США Дональда Трампа в глобальной политике могут быть связаны с попытками не допустить создания локальных коалиций, которые могли бы ослабить США на международной арене. Трамп, по мнению Хазина, стремился выстраивать локальные коалиции, чтобы контролировать их взаимодействие и не допустить создания альянсов, которые могут угрожать американским интересам. Таким образом, заявления о разрушении долларовой гегемонии и создании альтернативных валютных систем представляют собой лишь часть более широкой картины глобальных экономических и политических маневров.

БРИКС, по сути, оказывается в сложной ситуации, поскольку в мире уже существуют альтернативы доллару, такие как китайский юань, и страны стремятся диверсифицировать свои экономические отношения. Однако все эти попытки пока не привели к созданию устойчивой альтернативы доллару. Экономики стран БРИКС остаются тесно интегрированы в существующую финансовую систему, и вопрос о возможном переходе на другие валюты остаётся открытым.

Развитие локальных финансовых систем

Тем не менее, в последнее время наблюдается рост интереса к созданию локальных валютных систем, которые могли бы действовать параллельно с мировой долларовой системой. Россия и Китай активно обсуждают проекты создания своих финансовых институтов, таких как китайский фонд инфраструктурных инвестиций (AIIB) и российская платформа для международных расчётов, не связанная с долларом. Эти инициативы направлены на снижение зависимости от американской валюты, но они ещё не способны заменить доллар в глобальном масштабе.

Однако утверждения Хазина о том, что БРИКС не стремится разрушить мировую долларовую систему, вызывают сомнения относительно реальной эффективности таких инициатив. Если БРИКС просто занимается обсуждением, что делать, когда доллар потеряет свою доминантную позицию, то можно предположить, что сама цель объединения не настолько амбициозна. Возможно, это скорее способ адаптации к новым условиям, чем активная работа над разрушением существующего порядка.

Что будет с мировой экономикой?

Глобальная экономика переживает период неопределенности, и доллар, несмотря на свою долю в мировой торговле и финансовых потоках, уже сталкивается с проблемами. Ряд стран, таких как Китай, Индия, Турция, Иран и другие, стремятся уменьшить свою зависимость от доллара и используют местные валюты в международных расчетах. Этим странам не нравится политика США в отношении санкций и давления, и они ищут альтернативные пути взаимодействия.

Тем не менее, для того чтобы создать реально устойчивую альтернативу доллару, требуется гораздо больше, чем просто обсуждение в рамках БРИКС. Это потребует создания международных финансовых институтов, которые смогут обеспечить стабильность и предсказуемость в глобальной экономике. Пока же доллар остаётся основой мировой финансовой системы, и вопрос о том, как действовать, если он утратит свою силу, остаётся открытым.

Таким образом, позиция Михаила Хазина о том, что БРИКС не нацелен на разрушение мировой долларовой системы, а лишь обсуждает, как действовать в случае её крушения, поднимает важный вопрос: насколько реальной является перспектива создания альтернативы доллару в рамках этого объединения? В условиях, когда экономика продолжает зависеть от доллара, и не существует стабильной альтернативы, поиск путей выживания в будущем, когда доллар может потерять свою актуальность, остаётся актуальной темой. Но на данный момент БРИКС, по сути, остаётся клубом для обсуждений, а не активным игроком, способным на реальные изменения в глобальной финансовой архитектуре.