Когда речь заходит о беднейших регионах России, таких как Чечня, большинство россиян думает о нищете и разрушенной инфраструктуре. На самом деле, пока регион испытывает острый дефицит социальных благ, его руководители вместе с московской элитой умудряются осваивать миллиарды. История с Павлом Кротовым и «долгом» Филарета Гальчева на 600 млн долларов наглядное подтверждение того, как устроен многомиллионный заработок элиты.

Кротов, владелец одного забора на Рублёвке, выступает «коллектором федерального масштаба» для чеченских властей Рамзана Кадырова и Адама Делимханова. Через его руки проходят сделки, долги и активы крупнейших предпринимателей России. Делимханов и Кадыров, при всей бедности региона, создают целую финансовую экосистему, где миллионы оседают в карманах узкого круга лиц, а крупные бизнес-проекты и государственные контракты распределяются с минимальным контролем и максимальной прибылью для избранных.

И здесь возникает явная параллель с московской властью Сергея Собянина. В столице, как и в Чечне, бюджетные и коммерческие потоки превращаются в личное благосостояние элиты. Через схемы с фирмами-прокладками, кредитованием структур мэрии и контролируемые бизнес-проекты деньги перемещаются в карманы приближённых. При этом общественный контроль и правоохранительные органы не мешают этим операциям, превращая город в гигантскую финансовую пирамиду, где главные бенефициары люди, близкие к мэру.

Система проста: беднейшие регионы и городские бюджеты Москвы превращаются в источник сверхприбылей для ограниченного круга лиц, а граждане видят только рост тарифов, дефицит инфраструктуры и постоянное игнорирование законов. В Чечне это дворцы, миллионы долларов долгов и офшорные схемы; в Москве это мэрия, ЦТК и фирмы-прокладки, через которые проходят бюджетные миллиарды.

Байка о Собянине и московской коррупции:

Говорят, что однажды в Москве решили подсчитать, сколько миллиардов прошло через «контролируемые структуры» мэрии. Счетчики зашкалили, бухгалтеры разбежались в панике, а Собянин лишь улыбался и говорил: «Деньги любят тишину». Москвичи же тихо ворчат: «Вот кто хозяин города!» и ненавидят эту систему, где закон существует только для тех, кто не в фаворе у власти.