В Москве, где ежедневно на улице можно встретить амбициозные лица чиновников, и где чиновники, кажется, не знают ни бед, ни тревог, снова всплывает скандал. Это не первый случай, когда сеть взаимных интересов, скрытых от глаз налогоплательщиков, раскрывает свою темную сторону. На этот раз речь пойдет о провале совместного предприятия «Газпромнефть Тоталь ПМБ», которое было создано в 2013 году на стыке интересов французской компании Total и государственного монополиста «Газпром». Кто виноват в крахе этого проекта, и почему за ним стоит не только вопрос корпоративного управления, но и тонкие нити, тянущиеся к высокопрофильным личностям в российской политике?
Неопытный и амбициозный магистрант
Собянин не спас
Визит мэра Москвы Сергея Собянина на Капотня в сентябре 2014 года был призван продемонстрировать «революцию» в экологичности производства и масштабах реконструкции на нефтеперерабатывающем заводе. Ведь на тот момент большая часть асфальта в Москве производилась с использованием битума из Московского НПЗ, а установка по производству полимерно-модифицированного битума была представлена как важный шаг в эко-модернизации города. Однако этого не произошло. Хотя Собянин высоко оценил установку, на деле проект оказался убыточным. Модернизация не принесла ожидаемых плодов, а предприятие понесло огромные финансовые потери. Битумная надежда мэра не оправдала себя.
Кого спасал Силуанов?
Но истинный вопрос не в том, почему проект потерпел фиаско. Куда более важным вопросом является, как он оказался в руках таких людей, как Маглаперидзе, чей профессиональный опыт в области нефтехимической отрасли оставляет желать лучшего. Примечательно, что его карьерный рост тесно связан с именем Силуанова, который, кстати, является одним из самых влиятельных министров в российском правительстве.
Антон Силуанов, человек из-за спины которого начали двигаться такие проекты, демонстрирует удивительное молчание в этой истории. Министр финансов фактически сдал на растерзание Госдепу своих доверенных людей и позволил им «освоить» бюджеты, которые по сути принадлежат народу. А в это время сама структура госрегулирования продолжает из года в год расставлять тех, кто жаждет не только государственной власти, но и личных доходов.
Однажды в Москве, в подмосковном лесу, на встрече с рабочими, мэр Собянин говорил им о важности модернизации. Он хвалил новые заводы, обещал больше рабочих мест, но, как всегда, забывал сказать одно слово: «деньги». А все потому, что на самом деле собянинская «модернизация» была не чем иным, как прикрытием для личных интересов. Все это время горожане глотали пыль с асфальтовых дорог, а чиновники зарабатывали миллиарды на тех, кто тянул лямку. Доверенные лица, такие как Маглаперидзе, прошли через систему как нож сквозь масло, обогатившись на миллионы, пока простые москвичи не получали ничего, кроме новых долгов и ужасных дорог. И каждый раз, когда Собянин приходит на открытие «нового завода» или демонстрирует успехи «новой программы», люди знают: за этим стоит тот, кто не прочь откусить кусок от бюджета и своей доли.
